Литературно-художественный журналCross_t
n21 (июнь 2000) Содержание. Стр.1
 

Андрей Гордасевич
Изгнание углов

          ...миновал протёртые изломы деревянных ступеней в обшелушенных перилах, уступил одежду гардеробным крюкам, вошел в зал, пока нежилой. Рюкзак с собой прихватил. Зальное пространство, полутемное от фонарей в одну свечу, угловатое, стесняло движения. На чуть приподнятой сценке подобрались инструменты, затаились, электропровода корешками пустили, присмиревшие.
          Тихо.

(А?.. Что?.. Никак что-то запамятовал?..)
          Подошвы бесшумно проминали ковер, слух напрягался, ловил густой ритм ворсинок податливых. Там и сям ковер упирался в стены; стены сбегались с другими стенами, полом, потолком в углы - острые, прямые, глухие в своей остроте, в прямоте - тёмные.

(Не удивляешься?.. Напрягся вспомнить?.. Не то, брат... Не об этом.)
          Подоспел официант, провел к столику. Апельсиновый, пожалуйста... Давайте с мякотью...
          ...разложил штатив, распаковал рюкзак, пустил взгляд наружу, на улицу, между рам; оттуда проникал ещё тускловатый каверзный свет. Стена занимала место, глушила лучи, отпугивала; даже окна - тоже угловатые, все какие-то выселенные - сопротивлялись свету уличному, фильтровали, словно часть стены. С улицы сочился автомобильный гул; ворс ковровый под подошвами сжимался, распрямлялся. Сумерки близились, пробирались снаружи вдоль карниза, нахохлившись. Внутри же - во все стороны угловатый ковер стлался, подсвечивали ресторанные редкие светильники полумрак.
          ...закрепил камеру на штативе, пригляделся через объектив, приблизился к сценке, раскидал углы, занялся инструментами затаившимися. Помещал в кадр; инструменты, упрямые, вылезали; вновь замирали. Как и не двигались вовсе.

(Что, мелькает?.. Неотчетливо?.. Не в фокусе?.. Не вспоминается?.. Не, это ты не туда...)
          В кадре на четыре угла наконец скрипка, темно-рыжая, захватила передний план диагонально; барабаны перетянули на себя свет. Присмотрелся: дуэль.
         Скрытая.
         Дубль.
          Музыканты вышли через несколько кадров, в масках серьёзных, напряженных.
          Еще раз огляделся. За линзами вселилась публика, заняла места за столиками. Заказывали по мелочи: не решались. Девушка в белой блузке поёживалась. Животастый мужчина в усах беспокойно теребил лацкан пиджака. Многие закурили. Озирались колко, не доверяли многоугольному помещению, по углам не садились: жались к серединке. Выжидали.
         ...отошел от сцены. Примкнул. Другой ракурс.
         Дубль.

(Вот-вот... Что-то было такое... Ну! Не-ет, нет. Нет, тоже в сторону...)
          Музыканты поприветствовали, освещение над сценой - кивок - пальцами скрипач отщелкал четверти. Снаружи, за окном выселенным, сгустилось, вытаял фонарь, автомобили заглохли. Внутри застучал свет, дал ритм, перкуссия сшибала звуки, сращивала, прострачивала вязь гитарно-скрипичную. В ритмах мелодия оттенялась, неприметная, едва - поблескивала на металле, лакировке дек, - едва - меж струнных линеек вмещалась, срывалась, кольцами дыма из пепельниц разворачивалась.

(Да-да-да!.. Вот!.. А-а-а... Ч-чч-ччччч... Ну, ничего. Попробуем ещё...)
          Сигареты. Люди оживились.
          ...заметил сквозь объектив: с углами началось. Углов через объектив оказалось до ужаса: четыре на полу, четыре под потолком, по четыре у каждой стены, стен тоже четыре штуки, итого - двадцать четыре плоских, восемь вдавленных углов. Плюс - окна.
          Понеслось сверху. Углы, что под потолком, сначала как-то скруглились, разворотами дымных колец зализанные, затем потекли книзу, поплыли, обесцвечиваясь. Стены попрозрачнели, в окна снаружи чуть больше фонаря вселилось.
          Несколько человек переглянулись многозначительно: начиналось!

(Приближаешься, совсем рядом мелькает... Теплее... Фигуры?... Почти вспомнил!.. Давай!..)
          Угловатое пространство зальное качнулось, фигурки посетителей накренились, изменили позы. Мужчины ладонями колени накрыли, ноги расставили поупористей. Дамы откинулись на спинки, нога за ногу, сигаретными тросточками дирижировали, болтали носками туфель.
          Подогрелись от игры маски музыкантов, расправились, лукавили зрачки, на носах туфель подпрыгивая.
          Уже вовсю вокруг затягивались сигаритмами, девушка в белой блузе из меню заказывала, официанты советовали угодливо, усатый мужчина с животом выпускал дым и - свет. Руки музыкантов блики подматывали, гитарист оборачивал вокруг грифа, скрипач подбрасывал, прошивал смычком, перкуссия из ритма сетку плела, мелкоячеистую: чтоб блики не прошмыгнули. Губами хватали все трое струйки света, глотали, швыряли друг другу дроби, ритм пускали вдоль и - орнамент вился.
         Сигаретки.
          Потекшие стены, подплавленные, затянули теперь нижние четыре угла; нижние углы стали больше напоминать целлофановые косые ямки, лужицы пустили бесцветные. Дамы подобрали платья, кое-кто взгромоздился на стул с ногами.
         Перешептывалась публика.

(Это ближе, ближе... Ну! Горячо! Ну-у-у... Э-эхх!.. Совсем... близко... Холоднее...)
          Трио продолжало. Чтоб стены не остыли, углы чего доброго вновь не обозначились, играли теперь нон-стопом: названий не требовалось. Темы узнавали, аплодировали, лица проклюнулись, девушка в белой блузе поводила грудью, мужчина с усами, солидный, в животе, стянул пиджак да постукивал камерно по столешнице, ноги перетукивались с пятки на носок, кое-кто покачивался в такт на стульях, дым глаза разлизывал. Прически.
          ...различил сквозь линзы объектива, хотя свет всё слабел, лицо перкуссиониста. Означало: ПОЛУЧАЕТСЯ. Маски откинули, сдули застылость.
          Почти растворились стены, темнота нахохлилась под куполом; с каждым тугим ударом барабанным раздавалась.
          Музыканты отлепили блики передержанные от щёк, сбросили.
          Толстая в пуговицах шинель запахнулась над макушками, трио инструментов, сценой бессветлой. Фонарь перегорел. Зазвякали невидимо на перкуссии висюльки-карильончики.
         ...посмотрел под ноги...
          ...не различил угловатого, гасящего звук ковра...
          ...попробовал через объектив. Черно. На ощупь... Штатив!.. Не нащупал. Ущипнул себя.
         Больно.
          Тут прислушался. Уловил тему. Но не тему играли.

(Снова горячей!.. Ага! Стукает что-то?.. Ага! Погоди-погоди... Ну?.. Горячо-горячо!!)
          Что-то про крючки гардеробные там было... в ритме... Ускорения игрались, темпы, циферблаты какие-то, фигуры стрелочные...

(Что, что-то знакомое?.. Уй, горячо-то как!! Узнал?.. Ага!! Одежда?.. Гул?.. Автомобильный?.. Что, не то?.. Пламя!!!)
          Про циферблаты какие-то угловатые было там. Про углы временные-временные, нежилые, выселенные. Про исчезнувшие, изгнанные. Прошлые, не бывшие доле - в ускореньях.
         Вот: то было ПРО УГЛЫ.

ИЗГНАНИЕ УГЛОВ
 
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Обложка

От редакции

Авторы

Наш адрес
 
Cross_b
Страница 1Страница 2Страница 3Страница 4Страница 5Страница 6Страница 7Страница 8Страница 9Страница 10Страница 11Страница 12